Поместье Первоцвет

Пусть суета останется вовне
И Ты останешься наедине с собою
Очистишь Дух и Тело
И Мир тебя узнает вдруг
И Ты узнаешь Мир.

Еда была сытна и очень не дурна на вкус. Такое вдруг проснулось ощущение, что чувства стали больше, чем просто чувства- те, которые могли лишь рождать эмоции и всплески. Теперь они были глубоки и ясны, и каждый вдох и выдох стали больше чем дыханье.
Описать Раду свое состояние в словах, картинах иль в звучание не было мочи. Он мог лишь созерцать себя и наслаждаться этим состоянием. И было ощущение полноты и самодостатка, едой насытился он малой порцией, а все остальное время он был Собой и частью Мира.

Никто его не трогал, не тревожил и мысли все текли рекой широкой. Так день прошел, а вечер Рад и не заметил и лишь глубокой ночью сам вернулся к привычному ему состоянию. Вокруг все спало, стол был чист, посуда вымыта и Дедушка почивал на лежбище своем любимом. Радослав спать не хотел, он Миром не мог надышаться.

И в каждом зернышке, листочке он видел, чувствовал, что Мир лишь отражается в их строении и это отражение и было языком Живым, который можно было понять не Умом, а чувствами и разумом одновременно. Но ниточка Единства была тонка и потерялась вновь… Молодой человек почувствовал себя инвалидом, которого лишили много и одели кандалы. И сердце переполнилось сначала лишь печалью и грусть потом себя ждать не заставила, на смену ярость, злость и все одновременно потом обрушилось и… он заснул от перегрузки Двух начал, дуальных.

Настало утро, солнечный луч постучал в окошко и золотистый свет достал до лица спящего в неге Путника. Его Путь только начинался, до этого были блуждания лишь и, в основном, ума, который и сейчас позиции свои сдавать не собирался. Его дыханье участилось и пред раскрытием глаз он вспомнил оба состояняя. Блаженство и бездонная печаль бурлили в нем и клеткой разум был, который не в силах принять равновесие сил. Он все захваченные позиции сдавал обратно в лоно Души. Но как! И страх, и гнев и прочий деструктив пытались обратить вспять необратимые процессы. И эта буря эмоций бушевала лишь мгновенье, но Радославу показалось, что жизнь прошла, и не одна.

Лишь стихия успокоилась, настало время пробужденья и тьма рассеялась! Глаза открыв Рад понял, кем бы не был он, все примет в себе - и Бога и черта. Он вдруг безумно обрадовался, что полнота его натуры проявилась, а значит он был Человек, который выбрал на сегодняшний момент роль Путника и то, лишь для ума. Он был собой и это было главным.

Подскочив со своего спального места, рванул во двор и остолбенел от красок утра, нега вновь окутала его.
- Здравия, дружище, все никак до умывальника не дойдешь, - услышал Рад добрый голос, за спиной. – Ну ничего, пройдет, когда водица освежит твое измученное Тело, Душу.
- Дедушка, Я Жив, Я Есть и был и буду, Я ВЕЧНОСТЬ!
- Ну хватит баламутить разум, иди родимый умывальник ждет, и я еще не ел, да и работы много. Брысь, очиститься от сна и грез!
Радослав помчался к умывальнику, как угорелый, ведь столько времени упущено и столько нужно наверстать.

Вода была прекрасна и чиста. В дом пошел он высыхая по пути к двери, под ветром и солнышком утренним. Завтрак был прост в приготовлении. Похожие на гречку зерна Дедушка замочил на ночь в горшке, добавил малость зелени, осталось только по тарелкам кашу разложить и воду настоянную на травах поставить на стол.
Ложку он свою отыскал быстро и Дедушку позвал откушать и втайне он надеялся найти ответы на свои вопросы, новые, которые возникли сами, и не уходят, крутятся по кругу.

Дедушка вошел спокойный, в общем как обычно, но свет в глазах…
- Ну что, соратник, готово топливо, для наших тел?
- Да… Жаль, что не я его смог приготовить.
- Еще успеешь…
Сели все за стол выпили по кружки воды целебной и молча ели, пока…
- Скажи, дедуля…
- Стоп! Молчи! Поешь потом все расскажу, что и почем… Хе, как прекрасна молодость цветка, пока его не опылили. Потом он станет совершенством! Шутю, ты ешь, потом мы пустимся в рассуждения. Тем более, что яства удались.